В 2014 году заслуженный художник Украины, скульптор Петр Антып был вынужден покинуть Горловку Донецкой области из-за преследований террористов. Семья мастера активно противостояла пророссийским силам в родном городе. В результате, сын скульптора попал в плен, бизнес семьи боевики «отжали», часть уникальных работ так и осталась в оккупированном городе. После того, как Петр Антып переехал в Киев, он взял чистый лист бумаги и написал: «Я начинаю жизнь сначала». Удалось ли ему это, и о каких событиях 2014 года он будет помнить всегда, скульптор рассказал в беседе с журналистом ИА «Вчасно».

Петр Антып / фото из личного архива скульптора (facebook.com)
Петр Антып / фото из личного архива скульптора (facebook.com)

До войны Петр Антып, коренной горловчанин, успевал и творчеством заниматься, и бизнес вести, и другим помогать. Скульптор всегда отличался активной гражданской позицией. Местная детвора даже писала в школах сочинения о нем. 

Петр Антып известен, как автор памятника основателю Горловки инженеру Петру Горлову и уникального фонтана в Запорожье, соавтор памятника основателю Енакиево и соавтор надгробного памятника украинскому кардиологу Амосову. Работы скульптора хранятся в украинских музеях и зарубежных коллекциях.

Весной 2014 года художник был вынужден покинуть оккупированный город – тогда в Горловке начались грабежи и охота на украинских патриотов.

ИА «Вчасно»: Вы и ваша семья весной 2014 года активно пытались противостоять пророссийским силам в Горловке. Расскажите о тех событиях.

Петр Антып: У меня очень патриотичная семья. Брат – один из организаторов батальона «Карпатська Сiч», воевал в Песках. Мой сын Иван вместе с горловским депутатом Владимиром Рыбаком защищал горсовет.

Один раз после того, как сепаратисты захватили горсовет, Рыбак с Иваном и другими ребятами выгнали их. Несколько раз Владимир Рыбак срывал российский флаг над горсоветом, вешал украинский.

Когда моего сына бросили в подвал, в УВД уже были россияне. У них был характерный российский говор.Петр Антып

Я тогда видел, что в Донбасс завозили пророссийских титушек из Ростова, одни и те же титушки были то в Краматорске, то в Дзержинске, то в Горловке. Их возили по области и они захватывали учреждения. И на митинги их возили. Когда мы выводили на митинг за Украину 5-10 тысяч человек, они выводили 2-3 тысячи вооруженных люмпенов и били нас.

- Когда вы поняли, что из Горловки нужно уезжать?

- Я выехал за день до похищения Владимира Рыбака. Перед отъездом долго уговаривал его ехать со мной, понимая, что на Донбасс уже вошли российские военные.  Убеждал его покинуть город и заняться организацией партизанского движения. Я тогда еще не знал, что будут добровольческие батальоны и думал, что это будут партизанские отряды. Рыбак был милиционером, он вполне мог быть командиром отряда. Но он не воспринял мои слова серьезно.

-  Сын после вашего отъезда остался в Горловке?

- Его схватили на следующий день после похищения Владимира Рыбака. Он ездил в Киев, консультировался. Получил списки горловских сепаратистов – имена, фотографии, адреса. Иван с ребятами хотел ходить по домам и ловить их. Его схватили сразу, как только он въехал в город. Сын был на джипе с киевскими номерами, и его сдали таксисты. Джип зажали с двух сторон, его самого бросили в багажник и увезли в УВД. В плену он пробыл недолго, несколько суток. Но лупили его конкретно.

- Как удалось освободить вашего сына?

Я знаю сотрудников милиции, которые готовы были с оружием в руках защищать Горловку от сепаратистов, они просили приказ, но им приказывали – прячьте оружие…

Петр Антып

- Безлер сам его взял и освободил. Еще и машину вернул. Это было самое начало всех событий. Я думаю, что Ивану просто повезло. Безлер не знал, кого они схватили, ведь у сына не было при себе списков, которые он должен был привезти, и ехал он один, хотя его должен был сопровождать известный в городе патриот. И еще, я думаю, что Владимир Рыбак не выдал никого из тех, кто вместе с ним отстаивал Горловку.

- Как вы думаете, почему боевики расправились с Рыбаком?

- Я думаю, он дерзко себя вел, дерзко с ними разговаривал. Мы с ним близко дружили, он по характеру был прямолинейный. Из-за этого, наверно, многих не устраивал.

Я когда-то видел фильм о том, как нужно вести себя, если вы попали в плен к террористам. Наверно, Иван как-то интуитивно угадал правильную модель поведения. Владимир Рыбак повел себя иначе.

- Откуда у вас информация о том, что в 2014-м на Донбасс приехали российские военные?

- Когда моего сына бросили в подвал, в УВД уже были россияне. У них был характерный российский говор. Там было российское оружие. Да и по поведению самих сепартистов это было видно – они стали наглыми, самоуверенными.

- Насколько массовым тогда было проукраинское движение в Горловке?

- Мне кажется, милиция поддержала сепаратистов 50 на 50. Я знаю сотрудников милиции, которые готовы были с оружием в руках защищать Горловку от сепаратистов, они просили приказ, но им приказывали – прячьте оружие, не стреляйте в народ. Хотя все давно видели, что это никакой не народ, а завезенные из Ростова маргиналы.

Для меня эта война всех расставила по своим местам.

Петр Антып

Мне рассказывали о милиционерах, которые выпрыгивали из окон, чтобы не переходить на службу к сепарам. Когда я спрашивал у брата сколько людей из Донбасса сражается в «Карпатской Сечи», он сказал 30%. Это очень много. И для меня эта война всех расставила по своим местам.

Многие люди из тех, кого я уважал, считал друзьями – оказались сепаратистами. И наоборот: те, кто не был мне симпатичен, потом сражались с оружием в руках или выехали, помогали армии, беженцам. Это был такой перелом. Я сегодня уважаю тех, кто сделал свой выбор в пользу высших ценностей, кто делает какие-то патриотические вещи.

- Все ваше имущество в Горловке захватили боевики?

- У нас все, грубо говоря, «отжали». Ресторан захватил бандит Алексей Шевченко, который участвовал в расстреле украинских бойцов под Волновахой. Он назвал ресторан «Блиндаж», там подавали такие блюда, как «Печень хохла», «Иловайский котел», «Глаз Порошенко».

Магазин «отжала» продавщица. Комбинат просто разбили полностью. В мастерской боевики хотели разместить свой госпиталь, но она находится в Зайцево, и сейчас пустует. Квартиру разграбили на следующий день после моего отъезда.

Когда у меня все «отжали», приехал в банк и сказал — краинская власть в Донбасс зайдет, все восстановлю и начну платить. Мне сказали: «Хорошо» и тут же «натравили» на меня коллекторов.

Петр Антып

Боевики регулярно звонят — за все мои предприятия и недвижимость, которые остались в Горловке, они выставили мне миллион рублей налога. Сказали, что если не заплачу, то они все национализируют и продадут с молотка. Я ответил, что в случае продажи чужого имущества под уголовную ответственность попадает и тот, кто продает, и тот, кто покупает краденое.

По большому счету, мы потеряли только имущество и недвижимость, но все живы.

- Вам удалось перерегистрировать ваши предприятия на подконтрольной Украине территории?

- Теперь за то имущество, которое осталось в Горловке, за то, что я открыл там ЧП, которое не работало, и за небольшой кредит, который у меня был в одном из банков, мне выставили штраф и угрожают коллекторы. Когда у меня все «отжали», я сам приехал в банк и сказал — украинская власть в Донбасс зайдет, я все восстановлю и начну платить. Мне сказали: «Хорошо» и тут же «натравили» на меня коллекторов. В то же время этот же банк арендовал у меня в Горловке помещения и должен мне платить аренду, но не платит, потому что там война.

- Когда вы выезжали из Горловки, все свои работы смогли вывезти?

- Все скульптурные работы остались там. Вывез несколько работ живописи. Приехал в Киев, взял чистый листок бумаги и написал: «Я начинаю жизнь сначала». Продал машину, на которой выехал, одну небольшую работу, и с этого стартанул. Сейчас у меня ничего нет, все – арендованное. Меня сильно поддержали и Союз художников, и донецкое братство предпринимателей. Есть планы на будущее, но пока все упирается в стартовый капитал.

- Над чем вы сейчас работаете в Киеве?

- У меня будет четыре выставки в этом году: во Львове в национальном музее, в музее Шевченко, в галерее «Триптих» в Киеве и намечается проект в Лондоне -  коллективная выставка художников Донбасса, организованная ВВС.

Путин просчитался – Украина уже состоялась. А успешная Украина — это катастрофа для Российской империи, ведь тогда от нее уходит история, духовный фундамент.

Петр Антып

Работаю над большими архитектурными проектами. В Краматорске я выиграл в конкурсе проектов реконструкции центральной площади города. Но пока этот проект стоит. Также пишу сценарий фильма, пишу его в картинках. Фильм будет об Украине, поскольку я же украинец, и в какой-то мере о Донбассе. Большего я сейчас не могу сказать.

- События, происходящие на Донбассе и в стране, как-то отражаются в вашем творчестве?

- Странно, но у меня в творчестве цвета такие пошли темные. Мне не нравится, у меня так было до операции на сердце. Я не могу понять, но, вероятно, где-то на подсознании все равно все события отражаются.

- После того, как Донбасс вновь станет подконтрольным украинской власти, вы вернетесь в Горловку?

- Нет, не вернусь. Возможно, туда захотят вернуться родители – я их вывез, когда сам покидал город. Хотелось бы восстановить там бизнес. Я не сомневаюсь, что Украина победит очень скоро, ведь ее никто никогда в мире не завоевывал, кроме самих украинцев. Если вы возьмете историю, то всем оккупантам Украину преподносили сами украинцы: Махно — украинец, Щорс — украинец.

И Путин тоже рассчитывал на то, что украинцы будут воевать с украинцами, поэтому и появились все эти Плотницкие и Захарченко. Но Путин просчитался – Украина уже состоялась. А успешная Украина — это катастрофа для Российской империи, ведь тогда от нее уходит история, духовный фундамент. Поэтому она будет за него сражаться.

Антып, Горловка, боевики, скульптор, Донбасс, Путин