До войны она изучала в Германии продюсирование, а в Киеве - киноведение. Мечтала стать режиссером, писала сценарии и даже сняла короткометражный фильм о любви и долге. Она хотела получить образование по специальности «режиссер», но не успела – начались события на Майдане, в Крыму и война в Донбассе. И именно они сделали Лидию Гужву настоящим режиссером. Она стала одним из первых стримеров, которые показывали онлайн события в Киеве, референдум в Крыму и военные действия на востоке страны. Об этих съемках стример канала «Спільно ТВ», внештатный журналист «Радио Свобода», основатель собственного интернет-канала «LidiYa Films» Лидия Гужва рассказала редакции ИА «Вчасно».

ИА «Вчасно»: Лида, ты сразу включилась в события на Майдане?

Лидия Гужва: Когда пришла туда, не могла сразу себя найти. Сначала ходила среди толпы и бралась за все подряд. Потом попала на кухню, и там мне было интересно. Больше всего нравилось выдавать людям чай – сам процесс, когда в холод даешь человеку горячий напиток, и он счастлив.

Потом нашла для себя интернет-телевидение «Спільно ТВ», которое вело онлайн-трансляцию событий в Киеве, и это мне было интересно. Я считала, что если буду сообщать о происходящем на Майдане, то помогу спасти людей.

- Ты снимала сама?

- Мы ходили по двое, так как была толкучка. Снимали на дешевые фотоаппараты и транслировали сразу в интернет. А потом я поняла, что нужно снимать на видеокамеру и собирать архив, так как события быстро проходят. Когда у «Спільно ТВ» появилась камера, начала снимать и на нее. Потом стала ездить и снимать сюжеты.

- После Майдана ты сразу поехала в Крым. Какие события там попали в поле твоего зрения, и сложно ли было работать?

- Мы поехали вдвоем – я и мой знакомый оператор Ярик. Снимали митинги в Крыму. На каждом из них присутствовали люди, которые следили за тем, чтобы не было посторонних журналистов. Мы снимали и быстро уходили, старались не светиться.

При мне мужчина просто ударил ногой женщину только потому, что у нее была украинская ленточка на одежде. Лидия Гужва

Один раз, когда были возле военной базы, оператор вытащил меня из толпы, когда мне уже начинали ломать руку и отбирать телефон, с которого я вела трансляцию. Это было, когда мы зашли в самую толпу тех людей, которые блокировали базу.

В итоге этот телефон у меня все равно отобрали на одном из митингов.

Из видео, которое было в телефоне, сделали ролик и показали по всем крымским каналам – там говорилось, что журналисты «Спільно ТВ» привезли в Севастополь фашистов и устроили беспорядки.

Мы, кстати, потом продолжили съемку событий на другой телефон.

Обстановка тогда на полуострове была очень накалена – по улицам ходили молодые накаченные люди, агрессивно настроенные. При мне мужчина просто ударил ногой женщину только потому, что у нее была украинская ленточка на одежде.

Журналистам, поддерживающим Украину, там было опасно работать. Я даже перекрасила волосы, иногда надевала парик, чтобы не узнали.

- Но все равно вы продолжали снимать события в Крыму?

- Да, мы были там и во время так называемого референдума. Стримили Аксенова, когда он вышел из Верховного Совета и объявил результаты. Выборы в Керчи закончились в 20.00, а в 20.30 уже вышел мэр города и сказал, что Россия победила - за полчаса посчитали голоса. Потом мы решили уехать, наше передвижение было ограничено - уже было опасно выходить их машины.

Когда собрались уезжать из Крыма, я об этом написала в Фейсбуке и сказала, что будем ехать по Ялтинской трассе. Потом узнала, что в этот день в Ялте избили двух журналистов.

- Во время «референдума» действительно было массовое движение местных за Россию?

- Массового движения там не было. Мы когда ездили от одной воинской части к другой, заметили одни и те же группы людей с постоянными вожаками.

В Крыму были еще тепличные условия, потому что в Донбассе уже начали убивать активистов. Лидия Гужва

Они приезжали в одно место, устраивали там митинги, это снималось на камеру российского ТВ и выдавалось за массовые протесты местного населения. Причем снимали так, что казалось людей много, но вот я поднимаю камеру и показываю, что их тут 20 человек. Там просто были завезенные команды. Местные если и были против Украины, сами массово они бы и не вышли на улицы.

- После Крыма ты уехала в Киев, но снова не усидела на месте и отправилась в Донбасс?

- Когда на востоке все началось, мы сразу поехали туда. И тогда поняли, что в Крыму были еще тепличные условия, потому что в Донбассе уже начали убивать активистов. Я поехала в батальон «Азов» в Бердянск. Вела стрим-трансляцию из Мариуполя во время первых боев. Было реально страшно, но через несколько минут освоилась, а потом я уже не останавливалась.

Мне были интересны люди, которые вопреки всему не сидят на диване, а поехали на войну и там что-то делают. В этих сложных обстоятельствах мне казалось, что это особенные люди и их нужно показывать.

- Какие герои тебе запомнились больше всего?

- Меня впечатлили бойцы из 11 батальона территориальной обороны Киева. Там были разведчики. Когда я возвращалась в Киев, с депрессией и эмоционально выгоревшая, я включала интервью этих бойцов, слушала их и просто оздоравливалась. Это люди, которые готовы жертвовать собой. На самом деле у них там и лица, и глаза становятся красивыми в эти моменты. Помню, как батальон «ОУН» пустил меня в Пески.

Еще я была с «Азовом» в Иловайске, когда комбат Билецкий принял решение вывести бойцов, и я ему благодарна, потому что вокруг нас уже очень близко ложились мины, мы понимали, что ни координации, ни поддержки не было и не будет. Он принял верное решение вывести бойцов, и этим спас нам жизнь.

- Каждый раз, уезжая из зоны АТО в Киев, ты все равно возвращаешься сюда. Еще не все снято?

Если человек в Донбассе говорит, что он за Украину и вывешивает у себя на балконе национальный флаг, то он за это готов ответить. Лидия Гужва

- Меня долго тянуло сюда ощущение, что если не я, то кто? Но сейчас появилось много журналистов, которые едут сюда. От комбрига 93 бригады Клочкова как-то я услышала том, о чем сама думала: «Я хочу, чтобы СМИ были наполнены настоящими лицами героев с передовой, а не политиками». Сейчас мы уже привыкли везде видеть лица героев, но еще год назад этого не было.

- Во время таких поездок появилась твоя студия «LidiYa Films». Расскажи о ней.

- Когда я увидела, что стримы «Спільно ТВ» исчезли, поняла, если не буду этим заниматься сама, то материалы могут исчезать. Думала, что буду снимать и кому-то отдавать, и кто-то будет монтировать. Но потом поняла - все нужно делать самой.

Сейчас на канале «LidiYa Films» в YouTube есть короткие интервью с бойцами, зарисовки о событиях на фронте – это цикл «Обличчя війни», есть интервью с теми, кто в тылу борется за политзаключенных, борется с застройщиками, с Ахметовым. Все видео про борьбу, про людей, которые активно в ней участвуют.

- Ты много раз приезжала в Донбасс, чтобы снять видео о военных. Какое впечатление у тебя от местных городов и людей, проживающих в них?

- В Донбассе нет серого оттенка - есть только черный и белый, как говорят - сепаратисты и патриоты. Если в Киеве много просто мирно сочувствующих Украине, которые ни в чем это не выражают, то здесь – это поступок.

И если человек в Донбассе говорит, что он за Украину и вывешивает у себя на балконе национальный флаг, то он за это готов ответить. Так мне сказал один мой герой из Родинского. «Это же Донбасс! За флаг тут все, что угодно с вами может произойти», - говорил он. Донбасс – это земля контрастов. Ты сразу видишь, что из себя представляет человек.

- Возникало у тебя желание встретиться и поговорить с людьми с другой стороны конфликта?

- Я была в «ДНР», в Новоазовске, когда он уже был занят боевиками. Моя хорошая знакомая влюбилась в дэнээровца и уехала туда с ребенком. Но потом ребенка все-таки решила вернуть мужу, который остался в Украине. Мы ездили за этим ребенком.

Подруга встречалась с одним из полевых командиров. И когда он сопровождал нас до блокпоста, я с ним чуть поговорила. Потом написала об этом статью.

- Каким образом получилось наладить диалог между украинским журналистом и полевым командиром формирования «ДНР»?

- Любимая женщина его заставила. Ради того, чтобы вывезти ребенка из зоны АТО. И он согласился, но запретил делать аудио и видеозапись. Только говорили с ним.

Иделы Майдана и «Новороссии» одинаковы — жить без коррупции, власть — народу. Но они считают, что им это все Россия обеспечит, а мы уверены, что справимся и без России. Лидия Гужва

Меня поразило, что он мне врал – говорил о службе во французском легионе на протяжении 5 лет, но там служат или 3, или 9 лет. В его резюме было записано 3 года, как я потом узнала. И мне кажется, это показательно, что он врал.

- Твой собеседник пытался объяснить свои взгляды как-то?

- Он сказал, что после событий в Одессе решил защищать идеалы «Новороссии». Самое странное, что идеалы Майдана и «Новоросии» на самом деле одинаковы – жить без коррупции, власть - народу. На одних и тех же лозунгах все строится, но они связывают свое будущее с Россией, считая, что она это все им обеспечит, а мы уверены, что и без России справимся.

- Постоянные съемки в «горячих точках» Украины изменили тебя?

- Я не успеваю ничего замечать. Моя деятельность меня «съедает». Я не профессионал, но занимаюсь любимым делом. Эти два года для меня как курсовые работы при подготовке к тому, чтобы сделать что-то большее.

- За время войны в Донбассе были созданы уже документальные фильмы другими режиссерами. Ты видела эти ленты?

- Я видела фильм Ивана Ясного «Добровольцы Божьей четы». Мне понравился этот фильм про «Правый сектор» и донецкий аэропорт. Все герои мне знакомы. Авторы фильма смогли снимать в аэропорту, куда мечтали попасть многие и я в том числе. Им удалось этот фильм сделать красивым и художественным.

- Над чем ты сейчас работаешь? Какую идею хочешь воплотить?

- У меня есть идея создать фильм о донецком аэропорте на основе материалов 93 бригады. Мне кажется, что это будет интересно.

Я верю, что в Украине будут снимать кино массово, и, в конце концов, появится такой фильм-бриллиант, на который мы будем ходить смотреть и восхищаться им. Лидия Гужва

Именно военнослужащие 93 бригады обладают большей информацией об этом, у них более целостная картина о событиях в аэропорту. Хотим показать хронологию событий в этой стратегической точке.

- Чем планируешь заниматься в будущем? Какие фильмы снимать?

- Хочу снимать художественные фильмы. Я уже сняла один по своему сценарию. Продолжаю сценарии писать сама. Сняла фильм про нынешнюю войну, но еще не смонтировала. Эта художественная картина на основе того, что я пережила в реальности, видела и знаю. У меня снимался Стас Боклан – известный украинский актер. Вся съемочная работала бесплатно, на энтузиазме.

- Что ты скажешь о современном украинском кинематографе?

- Он сейчас поднимается с колен. Как говорил один мой знакомый: «Украинский фильм – это фильм, который смотришь с чувством стыда». При всем уважении к стране, фильмы у нас слабые. Не знаю, с чем это связано. Возможно с тем, что талантливые люди еще не пробились к бюджетам.

Но я верю, что в Украине будут снимать массово, и, в конце концов, появится такой фильм-бриллиант, на который мы будем ходить смотреть и восхищаться им.

Канал «LidiYa Films» в YouTubе